Процессия нелюдей двигалась вверх по каменной дороге. Впереди их ожидал мрачный великан – Замок Ступеней. И сколько бы они не продвигались, он как будто не ставал ближе. Еще одна процессия двигалась вместе с ними, позади и впереди. То были обычные люди в крестьянских и рабочих одеждах из близлежащего городка. Они радостно приветствовали сеидхе пением и цветами. Некоторые из всадников принимали цветы из рук людей, другие обходились улыбкой или даже не удосуживались бросить взгляд на людей. Всего к замку двигалось сорок всадников, двадцать из которых представляли собой почетный караул, завернутые в длинные темные плащи. Остальные составляли делегацию от лесного королевства и гостей предстоящего празднества. Все сеидхе двигались верхом на быстроногих лошадях. Обитая в лесах, сеидхе почти не пользовались лошадьми, но все в процессии предельно хорошо держались в седле. Все, помимо охраны, были одеты в простую, но изящную походную одежду. Позади них мулы тащили пару повозок с драгоценными дарами для королевской семьи.
Принцесса Джерлинд из Вековечных лесов прибыла сюда для заключения брака с сыном Верховного короля людей. Впервые между этими народами заключался подобный союз. Принц лесного королевства прибыл сюда, чтобы от имени короля сеидхе выдать Джерлинд замуж за человека, и официально заключить договор о союзе. Договор этот, как и союз, составлялся, изменялся и планировался еще со времен рождения Джерлинд. Она всегда знала, что у нее есть особое предназначение. И вот это время наступило. Ее брат ехал рядом, чуть уступая принцессе, так что она держалась на шаг впереди и замечала, как он, смотря на бедняков, что их встречали, бросает на нее короткие взгляды. Он ей сочувствовал и жалел. Джерлинд привыкла к этому. И, как и всегда ни одним жестом, ни одним движением не выдала своих чувств. Сколько она себя помнила, она знала, что у нее есть особая роль, свое личное предназначение. До двенадцати лет ей не приходилось видеть людей. Те самые двенадцать лет она не могла понять, какие они «почти как мы, но совершенно другие», и почему она должна страдать из-за этого. Сеидхе жили свободной жизнью. У них были было свое деление на высшие и низшие сословия, но между ними не было такой разницы, как у людей. Чуть больше условностей, чуть больше привилегий, чуть меньше простоты и больше обязанностей. Но во всем царила естественность и свобода. Король и его приближенные не были надсмотрщиками над своим народом. Он их объединял и был символом закона, но не кнута. Как это бывало у людей.
Джерлинд часто рассказывали об обычаях и традициях людей. Ведь в будущем она должна выйти замуж за человека. Немногим смягчался тот факт, что человек будет принцем. Для ее сверстников, которые были вправе жить, как им вздумается, это было почти что страшной историей, наподобие страшилок о гурхах и троллях. И Джерлинд, которая еще даже не до конца понимала суть замужества, без устали рассказывала эту историю с собственными фантазиями насчет того, каким страшно жутким, волосатым и ужасным будет ее муж, и она сама превратится в дикарку. С того самого раннего детства ее уже запланированное замужество, ее распланированное будущее не было для нее бременем. Это было интересным приключением. Ведь такие браки на таком уровне еще не заключались. Не считая некоторых поодиноких случаев, которых никто и не вспомнит, и слухов о якобы полукровках, главным образом по политическим, но также по множеству других причин, люди и сеидхе считали друг друга слишком далекими и чужими, чтобы женится друг на друге. Долгие столетия идея расовой чистоты была едва ли не главным, хоть и негласным законом сеидхе. Так как же должны были они смотреть на девочку, еще и дочь короля? В глазах многих она была бедной жертвой политических игр короля и его приближенных. Всю реальную пропасть между двумя народами можно было бы объяснить так, что если бы барды сеидхе были знакомы с преданиями далеких южан, то вполне бы могли наречь ее Андромедой – еще одна несчастная принцесса, которую отдали на съедение морскому чудовищу. Джерлинд уже даже не пыталась объяснить кому-то, что она сама думает и чувствует по этому поводу.  Поначалу это было просто предстоящее приключение.  Взрослея, она понимала больше, но помимо всех ожиданий бременем для нее это не стало. Ко двору короля прибыл очередной кортеж с посланниками, и Джерлинд впервые увидела людей. Уяснив, что ее не отдадут устрашающего вида бородатому великану, девочка успокоилась. И хоть король Эрик был ну совсем не похож на короля сеидхе, но его сын, ее принц, казалось, был совсем не похож на него. Не такой страшный и уродливый. Это был еще совсем мальчишка, и тогда он почти не отличался от детей сеидхе. Он был слишком уж вежливым и обходительным при самой первой встрече, при всех лордах и леди, и очень веселым и очаровательным, когда Джерлинд потащила его играть в дубовую рощу. И уж точно она запомнила его удивление, когда она показала, как хорошо обращается со многими вещами, которые для всех сеидхе были почти что обыденностью. Ее же удивили рассказы юного принца о почти затворнической жизни женщин его народа. Это несколько опечалило девочку, но она быстро забыла об этом. Тот визит продлился не более двух недель. Спустя месяцы она отправилась в путь вместе с отцом и его придворными. Тогда она впервые увидела море  и этот огромный и жуткий замок. А также своего принца. То время превратилось в теплые воспоминания, которые Джерлинд всегда бережно хранила.
Сама Джерлинд изменилась. Одиннадцать лет назад старый король Эрик назвал ее очаровательной и милой девочкой. Но насколько одинаково выглядят люди и сеидхе в детстве(не считая длины ушей), настолько же они отличаются во взрослом возрасте. По сравнению с людьми, кожа ее была неестественно бледной, настолько высокие острые скулы, которых не встретить обычно у людей, и которые по праву можно было считать еще одним расовым отличием, очень явно выделялись на худощавом лице. У нее были большие голубые глаза, лишь слегка заужены. Губы не очень тонкие, но улыбка не всегда у нее получалась слишком уж теплой или очаровательной. Белые волосы обрамляли лицo. Джерлинд была среднего роста, но была худенькой и с длинными тонкими пальцами, как у пианиста. Ее можно было назвать красивой, но слово «милая» ей явно не подходило.
У них с братом была существенная разница в возрасте, но все же они были похожи, будто близнецы. Только он был повыше. И сейчас, когда к началу свершения ее судьбы осталось буквально несколько шагов, она вместе с ним смотрела на людей. Джерлинд судорожно вспоминала того милого мальчишку-принца, безрезультатно пытаясь представить, кто же ее встретит. После тех двух встреч в ней остались чувства. Но они оба были еще детьми. И чувства были детскими. То была зародившаяся дружба с зарождающимся пониманием, что когда-то в будущем, она перерастет во что-то, пока им незнакомое и неизвестное. Должна перерасти. И вот процессия нелюдей въехала во двор Замка Ступеней. И будущее наступает уже сегодня.
Принц сеидхе спешился, подождал сестру, и, подав ей руку, подвел к ожидающим их хозяевам крепости. Позади них выстроился почетный караул сеидхе. Сняв перчатки, отвесил легкий поклон и заговорил:
- Рад приветствовать его величество, короля Эрика Дальновидного, - озорная улыбка едва-едва заиграла на устах сеидхе и сразу же исчезла, - и весь королевский двор. Я принц Джирики из Вековечных Арденских лесов имею честь говорить от имени нашего отца и короля, и представить вам мою прекрасную сестру, принцессу Джерлинд.
Принцесса повторила жесты приветствия своего брата.
- Ваше Величество. – она отвесила легкий поклон королю, тогда кивком поприветствовала принца, - Ваше Высочество.
[NIC]Джерлинд[/NIC] [STA]Принцесса сеидхе[/STA] [AVA]http://picua.org/img/2018-05/14/9crl43c0jbgyzu5jslsbgzisc.jpg[/AVA]

Отредактировано Сигга (2018-05-14 10:56:29)

Во дворе и за ним уже вовсю шумел праздник, но вокруг королевской четы как будто образовался вакуум тишины. Джерлинд чувствовала на себе взгляды присутствующих, но ее они мало тревожили, ее брата и подавно. Она заметила, что Джирики окинул юного принца скептическим взглядом, будто при покупке среди чистокровных северных гончих ему пытались всунуть дворнягу, выкрашенную в благородный белый цвет дворнягу. Еще до того, как король представил принца, Джерлинд поняла, что это не Вигланд. Он, конечно, изменился и вырос, но вряд ли стал бы менять цвет волос. Но Джирики то этого не знал. Он перевел озадаченный взгляд на сестру, и та ответила ему мимолетной успокаивающей улыбкой. Они поняли друг друга. Как и всегда. Только вот Этельвольд с Джирики явно не понравились друг другу. Поэтому она решила, что ей стоит приглядывать за своим иногда слишком вспыльчивым братом. Младший принц не понравился и самой Джерлинд. Она приняла его почти пренебрежительный кивок высоко поднятой головой и улыбкой, будто она уже была здесь хозяйкой над ним. Принцесса всегда любила и умела находить себе приключения. Было похоже на то, что и теперь нашла. Приветствие с самим королем Эриком было куда более теплым. Джирики старый король, которого он видел впервые, явно пришелся по душе, а Джерлинд в свою очередь была рада видеть старого усатого человека со справедливым и добрым взглядом. Теперь он уже не казался ей страшным, хоть когда-то здорово испугал ее.
Джирики попытался что-то ответить, Джерлинд хотела пожелать принцу Одде скорого выздоровления, скрывая свое разочарование тем, что ее жених так наплевательски отнесся к их прибытию. Неужели ей и правда стоило попроситься в жены старому королю, раз он единственный понимает значение такого элементарного слова, как уважение?
Но все дальнейшие разговоры, тайные разочарования и все прочее прервало пение рога и прибытие группы всадников. Джерлинд с интересом рассматривала всадников, но еще больше ей понравился большой и страшный волк. Принцесса сама не заметила, как по ее лицу расползлась восхищенная улыбка. Барт ее тоже был под впечатлением, хоть и стоял с видом, мол, и не такое видали. Только, когда Джерлинд бросила на него взгляд улыбка тронула уголки его губ.
Это было именно то, чего и ждала Джерлинд от этой поездки, не говоря о более глобальных планах. Косматые дикари, вооруженные до зубов. Сеидхе, конечно, жили в лесах, они основали целые города в пещерах, гротах, на деревьях и среди них, но все равно считали себя (и Джерлинд нисколько в этом не сомневалась) гордым старшим народом, более чистым и высшим во всех смыслах. Вот почему Джерлинд ждала увидеть именно таких людей, вместо разукрашенных принцев.
Глядя на знамя с кровоточащим сердцем (а принцесса была осведомлена уже заранее), она поняла, что это и есть отряд принца Вигланда. Этот момент наступил. Джерлинд забыла все прежние мысли насчет принца. Ее сердце отбивало в груди джигу вплоть до того момента, как один из всадников спешился, присоединился к королю и снял шлем. Это был он. Должен был быть. Но Джерлинд не узнавала в этом гордом воине мальчишку, чей образ так долго хранила.
А потом он ушел. Всего лишь кинув им короткое приветствие. Было бы у нее время, Джерлинд была бы в бешенстве. Но времени не было. Все устали с долгой дороги, впереди их ждал пир, к которому еще следовало успеть умыться, привести себя в порядок и принарядиться. А Джирики с включившимися в разговор лордами сеидхе все никак не могли распрощаться с королем. Как будто это они должны были жениться.
Когда двери ее комнаты, наконец, закрылись, принцесса облегченно вздохнула и, стянув с себя плащ и высокие сапоги, упала в кровать. Дверь на балкон была открыта и Джерлинд слушала шум волн. Хотя вряд ли их можно было бы заглушить, просто закрыв окна. Чтобы увидеть океан, не нужно было даже выходить на балкон. Он был прямо за высокими окнами. Большой и неспокойный.
Джерлинд показалось, или ей, правда, послышался какой-то посторонний звук. Она поднялась с постели, на которой так и лежала навзничь и зашаркала босыми ногами к балкону. Но на ней все еще были штаны и длинная зеленая туника-безрукавка поверх рубашки.
Подняв бровь от удивления, она заметила светловолосую  голову принца почти у себя на балконе. Она подошла ближе, не без удовольствия наблюдая, как он цепляется за каменное ограждение.
- Помню ли? А ты точно тот самый? Мой Виг? Во дворе я видела кого-то похожего на тебя, но явно ошиблась.
Джерлинд нагнулась над пропастью через перегородку балкона, заставляя Вига (да, это был ее Виг) отклониться чуть назад. Даже пара дюймов на этом опасном скользком карнизе могли значить все. В итоге сама девушка слишком перегнулась через перегородку и успела испустить только один громкий вздох. В воздухе замелькали руки, ноги и полы ее туники, словно это был неумелый трюк циркача. Но в следующую минуту Джерлинд уже сидела на перегородке, крепко вцепившись в камень руками и оплетая опоры перегородки ногами. Судя по напряжения Вигланда, он испугался больше нее. Принцесса засмеялась.
- Я тебя помню, маленький принц, а вот ты меня, кажется, забыл. – она легонько толкнула его носочком в бок.
В ней снова проснулся тот азарт, то чувство радости, как когда-то, когда она наперегонки со светловолосым мальчишкой гоняла сквозь чащи. Но все же сидение здесь, надо сказать, было гораздо более неудобным и опасным делом. А уж Вигланду и подавно должно быть гораздо хуже. Джерлинд ловким движением перемахнула обратно на балкон, и обратилась к принцу, все еще полувисящем над бушующими волнами океана.
- Я бы конечно позвала тебя к себе, присесть или хотя бы постоять в более безопасной позе, но кажется тебе и так удобно.
Она направилась в отведенную ей комнату, поманив Вигланда озорной улыбкой. Она не слышала его шагов, но этого и не требовалось. Повернувшись, она подала ему кувшин и наполнила вином. В один миг они оказались очень близко друг к другу. И Джерлинд как будто почувствовала что-то… Какое-то шевеление… Перед ней стоял взрослый незнакомый мужчина. Только в улыбке еще можно было угадать того мальчишку, с которым она познакомилась много лет назад. И то она видела это только потому, что хотела видеть. То было жесткое лицо воина, коим он и предстал во дворе. Джерлинд часто, но безуспешно представляла себе, как будет выглядеть Вигланд на этой самой встрече. Кем он будет. Она очень четко запомнила лицо короля Эрика, покрытое густой косматой растительностью и, смирившись с тем, что ее жених будет выглядеть так же, решила, что это будет даже забавно и интересно. Но по внешнему виду, по манере держать себя он теперь больше напоминал ей сеидхе, чем человека.
Прервав затянувшиеся размышления и гляделки, Джерлинд взяла Вигланда за локоть, чтобы проводить к столу, но как бы невзначай опустила ладонь и взяла его за руку. Прикосновение вызвало в ней приятные чувства, и она слегка задрожала от легкого возбуждения.
- Холодный ветер. – бессовестно соврала принцесса, даже не пряча ухмылку.
- У меня столько вопросов, - снова начала Джерлинд, когда они, наконец, сели друг напротив друга за маленьким чайным столиком в углу комнаты, - Столько всего. Но ты ведь понимаешь. Я даже не могла представить, как ТЫ будешь выглядеть, когда мы встретимся, что уж там говорить обо всем остальном.
Теперь она и правда смутилась. Но щеки остались белыми, как снег. Этого было мало, чтобы вызвать румянец на ее лице. Она чуть отвела взгляд в сторону, сделала глубокий вздох, и, поджав губы, кивнула принцу в жесте, мол, ну ты же понимаешь. А он должен был понимать. Еще буквально минут пятнадцать назад, она засомневалась, ждал ли он этого дня с тем же трепетом, что и она, или с ужасом, что его заставят жениться практически на незнакомке. Но в любом случае, сколько бы их не готовили с самого детства, эти дни станут началом чего-то совершенно другого, жизни обоих изменятся. И сколько бы к этому не готовили другие, или ты сам, Джерлинд поняла, что сейчас боится. Непонятно, чего именно, или чего больше, но она сидела напротив мужчины, который когда-то стал ей лучшим другом, и скоро станет ее мужем. Она была готова к этому не только и не столько потому, что была обязана. Но она поняла, что боится, как пережить дни празднества и знакомства с этим новым человеком, к которому ее определенно влекло. На сей раз она уже не смогла управиться с дрожью в похолодевших руках, которая расползлась по всем теле.
[NIC]Джерлинд[/NIC] [STA]Белая леди[/STA] [AVA]http://picua.org/img/2018-05/14/9crl43c0jbgyzu5jslsbgzisc.jpg[/AVA]